• Награды и регалии

12 октября 2018

Смена главного тренера в казанском «Динамо» получилась под стать скоростям в хоккее с мячом — стремительной и во многом неожиданной. Сменивший Сергея Фирсова Ильяс Хандаев сразу же после своего назначения 1 октября взял недельный карантин на общение с журналистами, тем более что команда все это время работала на сборе в Зеленодольске. Корреспондент «Реального времени» встретился с Хандаевым после возвращения динамовцев в Казань для обстоятельного интервью. В ходе которого удалось не только получить ответы на многие вопросы, которые возникли у любителей русского хоккея после отставки Фирсова, но и поближе познакомиться с новым наставником казанцев.

— Как вас встретила Казань, Ильяс Игоревич?

— Замечательно! Я всегда приезжал сюда с большим удовольствием: красивый, ухоженный город, столица республики, что сразу видно. Но пока еще не успел узнать столицу Татарстана лучше — мы были на сборе в Зеленодольске, я только две ночи ночевал в Казани.

— Смена главного тренера в казанском «Динамо» получилась стремительной и многих удивила. Как вам поступило предложение?

— Мне позвонил Салават Гаврилович (Гайсин, заместитель председателя Общественно-государственной организации «Физкультурно-спортивное общество «Динамо» Республики Татарстан», — прим. ред.), предложил пообщаться. Мы поговорили, и я увидел перспективы.

— Звонок из Казани был для вас неожиданным?

— Да, очень неожиданным. И неожиданность эта — приятная.

— С прежним главным тренером Сергеем Фирсовым перед вашим назначением или после общались?

— Нет. Знаете, все, что было до меня, — не мое, и я не вижу смысла говорить об этом. К тому же, на мой взгляд, это не совсем корректно.

— Вы впервые становитесь главным тренером клубной команды. Предполагаю, что в такой ситуации для вас не так уж и важно, какой это клуб, не так ли? Ведь не предложат вам сразу возглавить «Енисей» или московское «Динамо»…

— А почему вы так решили?

— Что, подобные варианты были?

— Скажу так: до того, как я оказался в Казани, у меня было три предложения — клубы называть не буду. Но я не посчитал нужным их принять, потому что в ходе общения с руководителями этих клубов понимал, что у нас разные цели. Здесь же я увидел, что наши цели — клуба и мои как главного тренера — совпадают.

— И какие же это цели?

— Самые высокие.

— Но как главный тренер клуба вы стартуете из прошлого века — только ленивый не критиковал инфраструктуру казанского «Динамо» и качество льда на стадионе «Ракета». Вас это не пугает?

— И об этом мы тоже говорили перед тем, как я принял предложение Казани, и меня заверили, что клуб приложит максимум усилий, чтобы по качеству льда выйти хотя бы на средний уровень. В перспективе — покупка заливочной машины, улучшение подготовки льда. Казалось бы, частный вопрос, но его надо решать, потому что без качественного льда игрокам сложно расти так, как нам хотелось бы.

— Какие задачи перед вами и командой поставлены в этом сезоне?

— Как я понимаю, задачи были озвучены до моего прихода, и мне остается лишь согласиться с ними. Для начала нужно обязательно выйти в плей-офф.

— На какой срок подписан ваш контракт?

— Пока до весны — все хотят посмотреть, понюхать, пощупать, и я в том числе. Конечно, я бы мог подписать на три года и спокойно сидеть, но срок контракта для меня — не самое главное. А как будет дальше — все зависит от меня, от нашей команды и результатов, от перспектив.

— Вас не смущает, что «Динамо-Казань» играет практически при пустых трибунах?

— И это тоже одна из наших задач — повернуть людей лицом к команде, хоккею с мячом.

— Для этого надо продвигать вид спорта — хотя бы чемпионат Татарстана по хоккею с мячом организовать….

— Конечно, и это тоже, но еще очень важно, как вы, журналисты, будете освещать результаты нашей команды и «молодежки». Будете писать о нас как о покойниках — забьете гвозди в крышку гроба казанского русского хоккея, люди совсем потеряют к нему интерес. Но ведь можно написать и так, что человек прочтет и подумает: «Неужели там что-то зашевелилось?» И ему захочется прийти на трибуны.

— В составе «Динамо-Казань» восемь собственных воспитанников. Это много или мало по меркам вашего вида спорта?

— Думаю, это нормально, а если брать Казань и здешнюю ситуацию — это здорово: чем больше местных — тем лучше, за них придут поболеть родственники, друзья, знакомые и знакомые знакомых. Я сам как главный тренер в этом тоже заинтересован, потому что когда на играх полные трибуны, обстановка в команде другая. Но место рождения хоккеиста не будет играть роли при определении состава на матч. Для меня как тренера абсолютно неважно, местный хоккеист или приезжий, для меня главное — как он играет, я хочу, чтобы местные были как минимум не хуже приезжих. Ведь меня в конце сезона спросят не о том, сколько местных играло, а где медали. Но в Казани не все так печально, как может показаться, меня очень порадовали ребята из молодежной команды, которые тренировались с нами в Зеленодольске. И мне говорят, что таких ребят достаточно, а некоторые, не менее перспективные, уехали в другие клубы.

— Ваше внимание к молодежи понятно — все-таки вы главный тренер студенческой сборной России, которой играть на Универсиаде-2019 в Красноярске. Будете совмещать эту работу с работой в клубе?

— Этот вопрос открыт, но на сегодняшний день я остаюсь главным тренером студенческой сборной России. Сейчас я окунулся в дела клуба, для меня они в приоритете, но и сборной — расширенный список кандидатов мы составили еще в августе — нужно будет как минимум уделять внимание.

— Хоккей с мячом на Универсиаде — это прорыв?

— Конечно! И, на мой взгляд, сейчас не так важен уровень команд — понятно, что студенты уступают в качестве игры первым сборным. Сам факт появления русского хоккея на Универсиаде — это огромный шаг вперед для нашего вида спорта. Это мировое признание. И символично, что произойдет оно в Красноярске, где богатейшие традиции русского хоккея.

— Вы за красноярский «Енисей» не играли, но и в Иркутске, и в Хабаровске, и в Архангельске, где вам довелось выступать, хоккей с мячом любят не меньше. Но и там сейчас, насколько я понимаю, на трибунах меньше болельщиков. С чем связано падение интереса к хоккею с мячом?

— Думаю, это в целом тенденция нашего времен. Посмотрите на тот же футбол. Да, после такого мощного толчка, как чемпионат мира, посещаемость матчей в России увеличилась, но ведь появились хорошие стадионы. Полагаю, и в нашем виде спорта пришло время крытых катков и семейных походов на матчи, как это сейчас происходит за границей или у нас на хоккее с шайбой. Мы должны к этому прийти. Построят, скажем, крытый каток в Казани — нужно постараться охватить весь город, а первое время, возможно, искусственно помогать заполнять трибуны. Вспомните последний чемпионат мира, который играли в «Олимпийском», кажется, 2008 год. На финале были полные трибуны — народ же помнит хоккей с мячом, пришел.

И для нас очень важна информационная поддержка прессы. Ребята из Швеции, которые играли у нас в чемпионате, очень удивлялись, когда наши газеты критиковали игроков — у них в Швеции такого нет, там всегда пишут «Бро!», то есть хорошо. Это дома папа с мамой могут тебя пожурить за плохой матч, тренер или специалист могут покритиковать. А журналисты работают на общее дело, на популяризацию вида спорта. Это не значит, что всегда нужно облизывать игроков и команду, но должна быть поддержка со стороны журналистов. Я не берусь вас учить — лишь передаю восприятие иностранцами нашей прессы. В Швеции города по пять тысяч населения, а на матчи собирается по две-три тысячи, полгорода на хоккее!

— У нас есть такие примеры в футболе — та же «Чайка» из Песчанокопского Ростовской области, которая играет во второй лиге: в селе живет 10 тысяч человек, а стадион на 3 тысячи зрителей на матчах полный.

— И это, я полагаю, — работа клуба и прессы. Все вкупе дает такой результат.

— В Архангельске, где вы выступали за «Водник» и провели лучшие годы своей карьеры, отношение к хоккею с мячом было таким же, как в Швеции?

— В свое время на хоккей там ходило очень много народу, люди даже на соседних со стадионом домах собирались, чтобы смотреть игры. Но со временем болельщики привыкли к чемпионству, ажиотаж спал. Не знаю, почему так произошло.

— За счет чего «Воднику» удалось выдать потрясающую по результатам десятилетку с 1996-го по 2005 год?

— В «Воднике» был очень хороший менеджмент. Для нас, игроков, были созданы все условия, в Архангельск с удовольствием ехали и шведы, и лучшие российские хоккеисты, в начале 90-х уехавшие играть в Швецию. Тренер говорил, что ему нужен такой-то игрок — и этот игрок оказывался в его распоряжении. Все было нацелено на результат. Но в 2005 году поменялся мэр Архангельска, и новому руководству города команда оказалась не нужна.

— Как вы стали главным тренером сборной Казахстана?

— Мне поступило предложение поработать с этой командой, я с удовольствием согласился. Казахстанского паспорта у меня нет, тренер сборной — не игрок, он может быть иностранцем. Но я родился в Алма-Ате, там жили мои родители, сейчас живет сестренка, так что связи с Казахстаном тесные.

— На чемпионате мира — 2018 в Хабаровске сборная Казахстана выдала огненный полуфинал со шведами, но все же проиграла 4:5. А потом уступила и финнам в «бронзовом» матче — многие считают, что вы все силы оставили в полуфинале.

— Знаете, после чемпионата мира нашлись люди, которые говорили: надо было не упираться со шведами, чтобы на финнов в матче за медали осталось больше сил. Но я не так воспитан, понимаете? Я не могу сказать ребятам: «Давайте сегодня сольем шведам, а завтра с финнами сыграем по-настоящему». Как я потом игрокам в глаза смотреть буду? Именно поэтому я все поставил на игру со шведами.

От редакции: в 13 из 18 сезонов профессиональной карьеры вратаря Ильяса Хандаева команды, за которые он выступал, побеждали хотя бы в одном внутреннем или международном турнире. Сам Хандаев выиграл абсолютно все российские и международные титулы, которые есть в бенди.

— Львиная доля игроков той сборной Казахстана выступала за российские клубы — для них, я полагаю, тоже не стоял вопрос выбора, выкладываться в полуфинале или нет.

— Но у нас было и пять настоящих казахов, которые впервые приехали на чемпионат мира. Когда они увидели уровень турнира, у них глаза из орбит повылезали. Но они играли и, на мой взгляд, играли достойно. Свою задачу-минимум мы выполнили, а для того чтобы подняться выше четвертого места, нам чуть-чуть не хватило опыта участия в таких соревнованиях. Я считаю, мы выступили хорошо.

— Было бы логично после такого выступления создать базовую для национальной сборной команду и заявить ее в российскую Суперлигу.

— Мы хотели это сделать, но не смогли убедить спонсоров в том, что это необходимо. Тем не менее ребята потихоньку двигаются вперед: «Акжайык» из Уральска выступает в российской Высшей лиге, сейчас клуб запускает у себя искусственный лед, что для Высшей лиги очень хорошо. У «Акжайыка» есть перспективы и желание шагнуть вперед. Как именно — говорить не буду, пусть они сами озвучивают свои намерения.

— Как будет шагать вперед казанское «Динамо»?

— Конечно, нам хочется семимильными шагами, но как будет — время покажет. За ту неделю, что я провел с командой, меня порадовало, что у ребят есть большое желание работать, прогрессировать, а это очень важно, когда в команде нет равнодушных людей. Безусловно, есть и то, что мне не нравится, наверняка и я кого-то в чем-то не устраиваю. Но процесс притирки небыстрый, время у нас еще есть. Будем идти вперед.

— Какова роль 44-летнего Сергея Обухова в вашей команде? Успели с ним пообщаться тет-а-тет? Все-таки поиграли вместе, а теперь вы тренер, а он ваш игрок.

— Сергей очень опытный хоккеист, поиграл в хороших клубах Швеции и России, был много раз чемпионом страны. Он — профессионал высокого уровня и понимает, что слово тренера — последнее. Первую неделю мы провели в коробке, и сейчас очень сложно что-то говорить. Надо выйти на большой лед.

— Как бывший голкипер, что скажете о вратарской линии казанского «Динамо»?

— Знаете, я уже немного отошел от этого, но бывших вратарей, как и бывших милиционеров, не бывает (улыбается). Хорошие ребята, но я могу судить только по матчам Кубка России в Ульяновске, куда я ездил. Вратари «Динамо» играли в очередь и, скажу вам, внесли весомый вклад в те ничьи, что добыла команда.

Да, на сегодняшний день нет первого и второго вратаря, но лишь потому, что я в команде только неделю

— Опытные Виктор Яшин и Александр Темников, молодой Тимур Абдуллин — полагаю, что пока ясно лишь, что Абдуллин — третий?

— Да, на сегодняшний день нет первого и второго вратаря, но лишь потому, что я в команде только неделю.

— Вы, как тренер, сторонник того, чтобы голкиперы играли по очереди, в зависимости от своего состояния, или все-таки команде нужен железный первый номер?

— Посмотрим. Знаете, когда я сам был хоккеистом, мне очень не нравилось играть через матч. Но, став старше, понял, что мне это надо, потому что чем реже — тем дольше ( смеется). А бывают такие ситуации, когда в очень важном матче играет тот, кто на данный момент сильнее, либо в зависимости от других нюансов: кто-то лучше играет при искусственном свете, кто-то — в солнечный день. Но чтобы вратари играли «тупо» в очередь — такого точно не будет.

— Играть в хоккей вы начали в Иркутске, но в Высшей лиге СССР дебютировали в хабаровском СКА, не так ли?

— Да, и в Хабаровске я практически не играл, но годы жизни там вспоминаю очень тепло — до сих пор поддерживаю отношения с хабаровскими друзьями. А как игрок я в СКА только тренировался, но это для меня в то время тоже было очень важно, потому что рядом были такие гранды хоккея, как Саломатов, Волков, Першин, Ковалев, Березовский, Чухлов. Многое я почерпнул у вратарей Сергея Бурдюхова и Вовы Шестакова. Это бесценный опыт.

— В вашей карьере был период, когда вы на какое-то время выпали из хоккея — говорят, ушли торговать пивом. Но затем вернулись на лед.

— ( Смеется.) Да, было такое в 1995 году, когда я играл в Архангельске, и я даже знаю, кто запустил байку о том, что я пивом торгую. На самом деле у меня была собственная фирма по продаже пива, и бизнес был успешным — я зарабатывал очень хорошие деньги, несопоставимые с теми, что зарабатывал в хоккее. Но когда мне предложили вернуться — вернулся.

— За титулами?

— Нет, играть в хоккей.

— А что же с бизнесом?

— Я его продал. Я придерживаюсь одного простого принципа: хочешь сделать хорошо — сделай сам. Не раз в жизни сталкивался с ситуациями, когда это правило подтверждалось. В хоккее — то же самое, к конечному результату надо идти, и я буду двигаться вместе с командой. Конечно же, мне будут помогать…

— …и советчики обязательно найдутся…

— А куда ж без них?! ( Смеется.) Но в этом случае нужно суметь их вовремя купировать.

— Не каждый сможет.

— Поверьте, я смогу, причем, если понадобится — очень жестко.

— Вы жесткий тренер?

— Об этом надо у ребят спросить. Для себя я пушистый ( смеется).

— Во время вашей игровой карьеры с какими тренерами вам работалось эффективнее?

— Посмотрите результаты — они скажут сами за себя. Если человека определяют поступки, то тренера — результат. Можно говорить на пресс-конференциях все что угодно… Знаете, чем мне нравится Бердыев? Он говорит минимум, в медиапространстве его практически не видно, не слышно. Но его команды дают результат, согласны?

— Сложно не согласиться после взлета «Ростова».

— А как он «Рубин» поднимает с колен! Это мое мнение. Я не специалист, который сейчас работает в команде Бердыева, не могу судить о принципах его работы, но я вижу результат, и это для меня о многом говорит. Еще для меня всегда был примером Алекс Фергюсон. Вот это мужчина! При этом он столько лет работал на одном месте и постоянно давал результат — вы не представляете, насколько это сложно!

— В этот же ряд можно поставить Арсена Венгера.

— В какой-то мере — да, но у Венгера не было таких результатов. Точнее, перед ним стояла другая задача — зарабатывать. А для Фергюссона на первом месте стояли не деньги. Я не осуждаю тех людей, которые ведутся на деньги, это их путь. Но у меня — другой. И я хочу, чтобы у меня в команде были такие же ребята, с которыми мне по пути. Да, мы не альтруисты, но приоритеты должны быть расставлены. И для меня это важно.

— Коль уж о деньгах заговорили… Российский хоккей с мячом — не футбол и даже не баскетбол с волейболом, если рассуждать о финансах. Что будет дальше — хоккей с мячом будет подтягиваться по деньгам к лидерам или лидеры поумерят аппетиты?

— Я не знаю, какая ситуация в других видах спорта, насколько сложно футбольным или баскетбольным клубам достаются деньги. Может, эти деньги постоянно падают, и их нужно раздавать. У нас другая ситуация, нам надо средства искать. Конечно же, я заинтересован в том, чтобы мои игроки достойно зарабатывали, но я против того, чтобы деньги им просто давали. Когда сам был игроком, прекрасно понимал, что такое зарабатывать — именно зарабатывать, а не получать. Среди тех, с кем я играл, хватает людей, которые всю жизнь получали. Но хоккей закончился, получку не дали, и многие просто потерялись. Слава богу, Всевышний мне помог научиться зарабатывать. И теперь я хочу, чтобы мои ребята поняли, что деньги не получают, а зарабатывают. Знаете, что мне сказали игроки? Что после первой моей тренировки они впервые за три года устали.

— Зарплата игрока — это оклад и бонусы?

— Да, причем бонусы — только по конечному результату. Я сам вырос на этом и знаю, что такая система оплаты работает.

— Летом 2016-го казанское «Динамо» провело масштабную трансферную кампанию, но перед стартом чемпионата контракты с 15 игроками, в числе которых был и Евгений Иванушкин, были расторгнуты. Вы сейчас чувствуете последствия той истории, ведя переговоры с потенциальными новичками?

— Сегодня ситуация поменялась — во всяком случае, я ее вижу совершенно другой. Надеюсь, такого, что было два года назад, уже не будет. И статус-кво казанского «Динамо» будет восстановлен — клубом занимаются серьезные люди.

— Кто именно? Должность вице-президента, который курировал спортивные вопросы, была упразднена еще в прошлом сезоне, президента у клуба тоже нет.

— Сейчас подбирается достойная кандидатура на пост президента, все вопросы держит на контроле республиканское спортивное общество «Динамо» в лице Салавата Гавриловича Гайсина. У меня есть опыт работы с «Динамо», и я знаю, что это ответственные люди. Частный инвестор захочет — даст денег, не захочет — не даст. Таких, как Сергей Галицкий, который не побоялся вложить деньги в детей, увидев в «Краснодаре» бизнес-проект, единицы. Сейчас Галицкий начинает пожинать плоды, продавая игроков в другие клубы. Но самое главное, что тому большому, что он построил, уже не дадут умереть.

— Вряд ли в российском хоккее с мячом есть клубы, подобные ФК «Краснодар», но городов, где любят русский хоккей, хватает. В середине нулевых, будучи в Архангельске, я поразился тому, сколько мальчишек с клюшками для бенди встретил на улицах.

— В Иркутске так же — по крайней мере, раньше было. В Кирове хоккей всегда любили, там даже бабушки на игры ходят — семечками торговать. В городе ничего, кроме хоккея, нет, но почему-то и его убивают!

— Думаю, менталитет местной власти остался в ХХ веке. А еще — город видно по дорогам.

— Совершенно верно про менталитет и хорошее замечание о дорогах! Знаете, когда я приехал в Казань, сразу обратил внимание, что здесь очень хорошие дороги, практически как в Москве. Перед этим месяц жил в Архангельске — такое ощущение, что там война идет и бомбят каждый день. А местные к этому привыкли, только отмазываются: мол, мы на болотах живем. Отмазку можно для всего найти, а вот что-то сделать… Конечно, значение Шаймиева для Татарстана невозможно переоценить, с ним республика такой шажище вперед сделала… И сейчас остается только все сделанное поддерживать и развивать.

— И назад возвращаться как-то не хочется….

— А никто и не будет! И казанцы, и гости города просто не поймут, если на дорогах снова появятся выбоины и колдобины, на улицах — мусор, не будет хорошей подсветки. В Кемерове, где тоже была сильная рука местной власти, с городской инфраструктурой все в порядке. А есть города, в которых вечером без фонаря на улицу лучше не выходить.

— Как Казани и в хоккее с мячом по инфраструктуре приблизиться к уровню того же московского «Динамо»?

— К этому нужно идти, и есть определенная программа, но мы не Хоттабычи. Если, даст бог, весной мы, руководители клуба и главный тренер, будем довольны друг другом, то можно следовать пошагово. Причем следовать так, что даже если по каким-то причинам финансирование уменьшится, та молодежь, которая сейчас есть в команде, сможет его поддержать. В трудную минуту кто придет на помощь? Местные.

— Будут ли изменения в составе команды в ближайшее время?

— Надеюсь, да. Это постоянный процесс, без него никак нельзя, и даже по ходу сезона состав будет меняться.

— Кроме вас, кто-то еще в «Динамо-Казань» занимается селекцией?

— Надеюсь, нет ( смеется). В хоккее с мячом агентов практически нет — это не футбол и не хоккей с шайбой. Да и выбор игроков ограничен.

— Рассматриваете в качестве потенциальных новичков шведских хоккеистов?

— Пока нет, но в перспективе — почему бы не пригласить шведов? Это будет хорошо для развития хоккея, интересно для публики. Мне посчастливилось поиграть с хорошими шведскими игроками — один защитник, другой нападающий — и я у них многому научился, причем не только в хоккее. У нас разные культуры, и это интересно.

— Казань, как город, в мире бенди на хорошем счету?

— Конечно! Мне звонят игроки и говорят, что хотят играть у нас. Сегодня язык не повернется назвать Казань провинцией, а небольшие расстояния — большой плюс по сравнению с Москвой.

— Ваша семья здесь, в Казани?

— Пока нет, но жена и сын, ему скоро исполнится пять лет, приедут ко мне из Москвы сразу же, как только подберу жилье. Тем более что супруга у меня татарка, деваться ей некуда ( улыбается). А моя старшая взрослая дочь со своей мамой живет в Санкт-Петербурге.

— Вы мусульманин?

— Да, и это мой осознанный выбор. У меня мама мусульманка, папа был буддистом, но когда переехал в Алма-Ату, стал ближе к исламу. Хотя нельзя говорить о том, что, мол, я верю в бога по-своему — такого не бывает. Верить надо по-настоящему, у нас есть определенные законы, и я стараюсь им следовать. Очень хочу овладеть арабским языком. Всевышний подарил мне веру в него, и на сегодняшний день для меня это самое главное. Все остальное — вторично.

Александр Егоров, «Реальное время».